Serge Bobrovsky (sbobrovsky) wrote,
Serge Bobrovsky
sbobrovsky

И крякнул гром

- Это Тропа, проложенная здесь для охотников Компанией. Она парит над землей на высоте двадцати сантиметров, -- бубнил Тарас. - Не задевает ни одного дерева, ни одного цветка, ни одной травинки. Сделана из антигравитационного металла. Ее назначение - изолировать вас от этого мира прошлого, чтобы вы ничего не коснулись. Держитесь Тропы. Не сходите с нее. Повторяю: не сходите с нее. Ни при каких обстоятельствах! Если свалитесь с нее - штраф. И не стреляйте ничего без нашего разрешения.

Мы шли среди древних зарослей. Ветер нес далекие крики птиц, нес запах смолы и древнего соленого моря, запах влажной травы и кроваво-красных цветов. Я слушал Тараса краем уха, отходя в самый конец группы и стараясь незаметно отстать.



- Мы не хотим изменять Будущее. Здесь, в Прошлом, мы незваные гости. Правительство не одобряет наши экскурсии. Приходится платить немалые взятки, чтобы нас не лишили концессии. Машина времени - дело щекотливое. Сами того не зная, мы можем убить какое-нибудь важное животное, пичугу, жука, раздавить цветок и уничтожить важное звено в развитии вида...

Голос Тараса во главе экскурсии терялся в шуме жарких джунглей. И вскоре впереди раздался рев, походивший на раскат грома. "Tyrannosaurus rex!" - понял я. "Пора!".

Убедившись, что меня никто не видит и все увлечены ящером, я спрыгнул с края Тропы. Ступни сразу утонули в зеленом мху. Я принялся из всех сил скакать по высокой траве, где копошились мелкие козявки, стараясь раздавить своими тяжёлыми берцами как можно больше жуков и, особенно, бабочек.

Гром и выстрелы смолки. В джунглях воцарилась тишина. После обвала - зеленый покой. Я спешно вернулся на Тропу, достал из кармана припасенную марлю и тщательно обтер ботинки.

Вдруг снова грохот. Это где-то высоко над ящером сломался исполинский сук. С гулом он обрушился на безжизненное чудовище, как бы окончательно утверждая его гибель.

Я медленно двинулся вперед. Чудовище лежало неподвижно. Гора мяса, из недр которой доносилось бульканье, вздохи - это умирали клетки, органы переставали действовать, и соки последний раз текли по своим ходам, все отключалось, навсегда выходя из строя. Двое охотников сидели на Тропе; им было плохо. Тарас и Леха стояли рядом, держа дымящиеся ружья и чертыхаясь.

Увидев меня, Тарас напрягся и поднял винтовку.
- Ты где был?
- Извините, - я постарался выглядеть испуганным. - Мне стало очень страшно...
- Ты не сходил с Тропы? - Тарас не сводил с меня ни дуло, ни подозрительный пристальный взгляд.
- Нет-нет! Простите меня! Я просто очень испугался!..

Тарас внимательно осматривал мои ботинки. Я скосил глаза -- на охотничьих брюках осталось несколько крупиц земли, но вряд ли они будут заметны со стороны на маскировочной расцветке.

- Ладно! - Тарас опустил ружье и сделал вялый жест рукой, - включай, Леха. Двигаемся домой.

***

1485. 1666. 1812.

Я сидел молча. Тарас добрых десять минут в упор смотрел на меня.
- Не глядите на меня так, я ничего не сделал.
- Кто знает. Предупреждаю вас, Сергей, может еще случиться, что я вас убью. Ружье заряжено.
- Но я ничего не делал!

1999. 2000. 2017.

Машина остановилась.
- Выходите, - скомандовал Тарас.

Комната была такая же, как прежде. Хотя нет, не совсем такая же. Тот же человек сидел за тем же компьютером. Нет, не совсем тот же человек, и компьютер не тот же.

Тарас быстро обвел помещение взглядом.
- Все в порядке? - буркнул он.
- Конечно. С благополучным возвращением!

Но настороженность не покидала Тараса. Казалось, он проверяет каждый атом воздуха, придирчиво исследует свет солнца, падающий из высокого окна.

Мне снова бросилось в глаза объявление на стене, объявление, которое я уже читал сегодня, когда впервые вошел сюда.

Что-то в нем было не так.

А/О СОФАРИ ВОВРЕМЕНИ
АРГАНИЗУЕМ СОФАРИ ВЛЮБОЙ ГОД ПРОШЛОГО
ВЫ ВЫБЕРАЕТЕ ДАБЫЧУ
МЫ ДАСТАВЛЯЕМ ВАС НАМЕСТО
ВЫ УБЕВАЕТЕ ЕЕ


Ура! Мой план свершился! А это был язык падонкаф!

- Ну? - поторопил меня Тарас. - Что вы там такое увидели?

И с воздухом что-то произошло, какое-то химическое изменение, настолько незначительное, неуловимое, что лишь слабый голос подсознания говорил мне о перемене. И краски - белая, серая, синяя, оранжевая, на стенах, мебели, в небе за окном - они... они... да что с ними случилось? А тут еще это ощущение. По коже бегали мурашки. Руки дергались. Всеми порами тела я улавливал нечто странное, чужеродное. Будто где-то кто-то свистнул в свисток, который слышат только собаки. И тело беззвучно откликнулось. За окном, за стенами этого помещения, за спиной человека (который был не тем человеком) за компьютером (который был не тем компьютером) - целый мир улиц и людей. Но как отсюда определить, что это за мир теперь, что за люди? Я буквально чувствовал, как они движутся там, за стенами, - словно шахматные фигурки, влекомые сухим ветром...
Раздавленные бабочки сработали! Отлично!

- Кто победил в США на выборах? -- для верности поинтересовался я.

Человек за компьютером хихикнул.

- Шутите? Будто не знаете! Трамп, разумеется! Кто же еще? Уж не эта ли глупая баба Клинтон? Теперь у власти в Америке железный человек! - Служащий опешил. - Что это с вами?

Я отчетливо слышал тяжелое дыхание Тараса, слышал, как Тарас поднимает ружье и нажимает курок.

И грянул бы гром... Но ружье просто крякнуло и осеклось.

Tags: креатифф
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments